Важные темы

Москвича с остеопорозом и переломами позвоночника не признают инвалидом



Москвича с остеопорозом и переломами позвоночника не признают инвалидом

Фото:
RT
Медико-социальная экспертиза не продлила инвалидность 51-летнему москвичу Сергею Кузьмичёву. У мужчины целый ряд заболеваний, самое серьёзное из них — прогрессирующий остеопороз, из-за которого у Сергея несколько переломов позвоночника. Он с трудом передвигается по дому и практически не покидает свою квартиру, в которой живёт один. Пенсия по инвалидности была его единственным источником дохода. В бюро МСЭ оперативно прокомментировать ситуацию не смогли, однако стало известно, что 12 апреля к Кузьмичёву должна приехать выездная комиссия, чтобы оценить его состояние.

«В инвалидности отказано»


Сергею Кузьмичёву 51 год, он невысокого роста, очень худой, выбритый налысо мужчина. Одет в старый спортивный костюм. Выглядит он значительно старше своего возраста, говорит с некоторым трудом, по квартире передвигается держась за стены или на костылях. Вставать или садиться ему тяжело: после таких «упражнений» мужчине нужны ещё пара минут, чтобы отдышаться и восстановить равновесие.
«У меня всегда слабое здоровье было, — признаётся Сергей. — Но в 2015-м полный обвал пошёл. Выяснилось, что у меня остеопороз третьей—четвёртой степени. Я сначала просто боли испытывал и с трудом ходил, а потом сходил к врачу, так тот снимки сделал и за голову схватился, сказал, что у меня четыре перелома в позвоночнике».

С 2015 года болезнь активно прогрессировала. Сергей получил ещё два перелома грудного и поясничного отделов позвоночника. По его словам, при остеопорозе кости ломаются даже от кашля. С работы Сергею пришлось уволиться, живёт он один и помощи ему ждать не от кого. В злополучном 2015 году со всеми справками и диагнозом он отправился в бюро № 69 Медико-социальной экспертизы в Москве. Там, по его словам, он встретил врача Кирьянову, которая признавать его инвалидом отказалась.
«Она только рукой махнула, мол, остеопороз — ерунда, — расстраивается Сергей. — Я жалобы писал, потом в СК обращался и прокуратуру. Только когда оттуда Кирьянова эта ушла, я смог к 2017 году всеми правдами—неправдами получить инвалидность III группы и пенсию».

Вся «история» борьбы за инвалидность у Сергея аккуратно разложена по папкам и файлам. В плане документов и знания своих прав мужчина подкован, он довольно детально описывает, в каких учреждениях наблюдался, в какие инстанции и когда обращался. В итоге именно упорство и дотошность позволили ему первоначально добиться статуса инвалида. Что дало право на пенсию в 18 тыс. рублей и возможность вызывать к себе на дом социального работника.
Однако в декабре 2018 года Сергей пошёл продлевать инвалидность в 76-е бюро МСЭ и получил отказ. В итоге уже четыре месяца Сергей живёт на средства, которые смог накопить за последние полтора года.
«Я тогда написал в бюро, что меня фактически обрекают на гибель, — говорит Сергей. — Я же ничего особого не прошу, только чтобы платили немного и, может, хотя бы паллиативную помощь какую-то оказывали. А мне и в этом отказывают. Фактически сказали: «Идите и умирайте».

Для повторного рассмотрения прошения об инвалидности Сергею требуется личное присутствие в медучреждении, однако самостоятельно добраться туда он уже не в состоянии.
До болезни Сергей работал на себя — закупал и развозил молочную продукцию для магазинов. Трудовую книжку он давно потерял и не восстановил. Работать из дома он также не может, даже за компьютером — не позволяет зрение. Из-за отсутствия денег у него уже накопилось 54 тыс. рублей долга за жилищно-коммунальные услуги. Сейчас ему приходят уведомления с угрозами отрезать его от коммуникаций.

«Мама была для меня всем»


Сергей всю свою жизнь прожил с родителями. Он очень привязан к маме, и даже сейчас, спустя 12 лет после её смерти, с трудом говорит о ней в прошедшем времени.
«Я маму по-настоящему любил, — вспоминает Сергей. — Я решил посвятить свою жизнь ей. Она была моим другом, товарищем, советчиком. Мама была для меня всем. Я всегда о ней заботился, как и она обо мне в детстве. Когда её не стало, меня это сильно подкосило. Сейчас я со своими проблемами один на один — всех родственников после её смерти как сдуло».

Свою маму Сергей похоронил в её родной Тверской области, однако на самой церемонии не был и могилу после не навещал. По его словам, он просто заплатил похоронным агентам и уехал, а кладбище не посещает, потому что «помогать нужно, пока человек живой».
Через три года после матери умер и отец Сергея. С сестрой мужчина разругался и говорить о ней наотрез отказался. Друзей у Сергея никогда не было, свою семью заводить он тоже не пробовал. По его словам, он всегда был очень замкнутым и необщительным из-за логоневроза — с детства сильно заикался, речь давалась ему с трудом. Реальное общение ему заменяли книги и фильмы.
«Ну какая семья? — говорит Сергей. — Я двух слов связать нормально не мог. Только в 2015 году я победил заикание — пять лет по книжке работал упорно каждый день по специальной методике. И вот сейчас более или менее нормально могу говорить. А тогда меня и от экзаменов освободили, потому что устно отвечать не мог. Мама к кому только не водила: от знахарок до логопедов. Ничего не помогало».

Единственное окно в мир для Сергея — это маленькое радио на батарейках. Целыми днями он сидит и переключает радиостанции. На улицу он уже почти не выходит — в 2018 году выбирался из квартиры всего четыре раза. В этом году — лишь единожды.
По словам мужчины, из-за прогрессирующего остеопороза в будущем его ждёт полный паралич и он будет прикован к постели.
Из-за проблем со зрением книги он давно не читает. Телевизора у него нет, а интернетом, по его словам, он никогда не пользовался.

Пустой быт


Интерьер квартиры Сергея описать трудно, поскольку в помещении практически ничего нет — голые ободранные стены, старый паркет, диван, пара шкафов да стол с холодильником и плитой на кухне. По словам Сергея, незадолго до болезни он планировал сделать ремонт и всю старую мебель выкинул, однако реализовать план не успел.
«Сейчас этот минимализм мне даже на руку, — говорит Сергей. — Пыль ничего не собирает и не мешает по стенкам передвигаться. А так только бы мешалось. У меня всё необходимое есть».

Минимализма Сергей вынужден придерживаться во всём. Бреется налысо он, чтобы реже мыться. Ванной он не пользуется потому, что не может в неё залезть, поэтому просто вытирается губкой. Одежды у него тоже немного — несколько штанов с кофтами, носки и три пары старых тапок.
Питомцев у него тоже нет — когда-то была кошка, о ней напоминают разодранные обои. Но потом, по его словам, он пересмотрел взгляд на домашних животных и решил, что они ни к чему.
Окна в квартире плотно заклеены, длинная лоджия вдоль кухни и жилой комнаты остеклена и пустует. Сергей говорит, что должен поддерживать в квартире тепло, иначе он может простудится из-за хронического бронхита. А простуда для него означает кашель, чреватый переломами.

Никогда не жаловался


Еду и всё необходимое Сергею приносит социальный работник Алексей Ворошилов и соседка по дому Ольга Андреева. Оба описали Сергея как очень скромного и принципиального человека.
«Два года назад ко мне он обратился, когда ему инвалидность не дали, — рассказала RT Ольга Андреева. — Он сильно сдал, конечно, за последние пару лет. Я ему продуктами помогала, лампочку вкрутить, вещи зашить. Я его с детства помню — он очень замкнутый был, немного аутистичный. И сейчас помощь принимает, но очень ограничено. Жаль, что его с инвалидности сняли — ему эти деньги очень нужны».

Холодильник у Сергея в квартире практически пустой — в нём лежат несколько упаковок творога. На плите стоит кастрюля с овсяной кашей. Соцработник Алексей Ворошилов рассказал RT, что предлагал Сергею купить других продуктов, но тот из-за проблем с пищеварением отказывался.
«Он только творог и кашу ест, — рассказал Алексей. — Мандарины ему как-то купил, так ему плохо стало. Вообще, он очень скромный, вежливый. Сергей хороший человек».

О себе сам Сергей добавляет, что в жизни ничего плохого не делал, никогда не пробовал наркотиков, сигарет или алкоголя. Из-за слабого здоровья свою жизнь с детства он ощущает как путь постоянного превозмогания себя.
«У меня хронические бронхит и гастрит, гломерулонефрит, атопический дерматит и в детстве ещё был логоневроз. Я никогда не жаловался, я не маменькин сынок, все проблемы решал сам, ещё и другим помогал. Сейчас из-за остеопороза весь мой день — это борьба с болью. Я знаю, что скоро совсем слягу. Но я умею приспосабливаться к переменам. Многие, когда к ним приходит болезнь, не умеют перестроится. А я умею».

В бюро медико-социальной экспертизы RT не смогли предоставить оперативного комментария по случаю Кузмичёва. Однако стало известно, что в пятницу, 12 апреля, Сергея должна посетить выездная комиссия МСЭ с целью уточнения его статуса инвалидности.
Сам он уже на чудо не надеется, хотя и заверяет, что будет бороться за свои права до конца.

‡агрузка...




Search news

Использование материалов, размещенных на сайте SearchNews.info, разрешается при условии активной ссылки на сайт. Ссылка должна быть открыта для поисковых систем

Администрация сайта не несет ответственности за комментарии пользователей к информации, которая является интеллектуальной собственностью сайта. Часть новостей размещается пользователями самостоятельно и администрация сайта не имеет возможности проверить их достоверность.